~~~~~~~~~~~~~~~~

СЕРДЦЕ ДАНКО




Вчера исполнилось сорок дней, как не стало Михаила ЛАРИОНОВА —
палехского художника, философа, музыканта и просто очень увлеченного и хорошего человека.

Вольный художник

Палешане, да и все, кто был знаком с Михаилом, его многогранным творчеством, мировоззрением,
объединяющей людей деятельностью, говорят:
это невосполнимая потеря для Палеха, для искусства лаковой миниатюры и искусства вообще.
Спустя время это понимание станет ещё острее,
считает директор Государственного музея Палехского искусства Алевтина Страхова.
«То, что он делал для всего Палеха — неоценимо…»

Михаил Игоревич Ларионов родился 29 апреля 1963 года в семье инженера и учительницы русского языка и литературы.
Поясняя свою тягу к конструированию, любил говорить: «Я сын инженера!»
Окончил Палехское художественное училище, работал в Палехских художественно-производственных мастерских,
а после раскола организации стал вольным художником.
В середине 90-х организовал серию всколыхнувших общественность художественных выставок «После зимы»:
на них демонстрировались работы мастеров, работающих с русскими лаками, из Палеха, Холуя, Федоскина, Мстёры…
Объединяющее начало — одно из главных качеств Ларионова:
к нему приезжали художники из разных мест, чтобы обсудить какие-то проблемы, поговорить,
сверить с Ларионовым жизненные и художнические ориентиры.
Он очень хорошо понимал людей, любил и умел с ними общаться без тени менторства или критического отношения,
но при этом очень критично относился к себе и к тому, что и как делает сам.

О Михаиле Ларионове заговорили как о новом, неординарном явлении в Палехском искусстве.
Его творческая фантазия била ключом, его называли родоначальником течения «палехский авангардизм»,
хотя сам художник с иронией относился к «почётному» званию авангардиста,
довольно быстро пережив период эпатажа и понимая, что искусство должно развиваться эволюционно.
Его работы отличались глубоким пониманием того, что он делал.
«Я выстраиваю композицию, как сцены фильма, как главы романа, — так он комментировал множество эскизов.
— Каждый персонаж имеет свой характер, свою пластику, я должен их найти…»
Друг Михаила Николай Ковалев, тоже палехский художник говорит:
«Природный талант, невероятная работоспособность, неповерхностные знания истории искусств,
крепкие профессиональные навыки и тонкое понимание современного актуального искусства
сделали Михаила Ларионова самой заметной фигурой современного художественного Палеха».

Новые пути и традиция

Он не работал на потребу, но работал на перспективу, на будущее.
И вместе с тем глубоко знал, ценил и чувствовал традицию,
понимал, особенно в последние годы своей короткой жизни, насколько она прекрасна, емка и многогранна.
(По словам А. Страховой, М. Ларионов говорил об «отцах-основателях»: «Мы никогда так не будем писать…»)
Как в своё время Иван Голиков повернул Палех от иконописи, переставшей кормить живописцев,
к тому, чем славен советский Палех, так и Ларионов искал новые пути развития Палехского искусства,
новые палехские смыслы, новые сюжеты, темы, идеологию, приёмы работы.
Чтобы искусство не подернулось тиной, не оставалось лишь на сувенирном уровне.
Но искал и находил Михаил Ларионов не в темноте, так как был прекрасно вооружен знаниями — профессиональными,
искусствоведческими, историческими, краеведческими.
Как говорят специалисты, человек, свободный в традиции, может себе позволить отступление от неё и развитие её.
  Своё видение движения Палеха вперед он высказывал и доказывал не раз и всегда спокойно,
как человек, уверенный в своей правоте и никогда не опускающий руки.

Михаил Игоревич был учеником старейшего палехского искусствоведа и краеведа Виталия Тимофеевича Котова,
причём учеником почтительным и благодарным.
Котов очень многое дал Ларионову в плане личностного развития,
расширил его кругозор и высоко ценил Михаила как художника и мыслящего человека.
Их общение строилось на обоюдном уважении и постепенно переросло в дружбу.
После смерти Виталия Тимофеевича Михаил делал всё возможное для сохранения памяти о Котове
(пёкся он и о сохранении памяти о художниках-старейшинах),
сберег его архив, с которым в настоящее время работают сотрудники Государственного музея Палехского искусства.

Музыкант из «Сейфа»

Рассказывает Николай Ковалёв, руководитель известной палехской группы «Сейф» —
лауреата Всероссийских фестивалей «В отрыв!», «Рок-февраль», «Центральная полоса», и др.,
традиционного участника Всероссийского «Пущинского фестиваля»:
«Миша с детства увлекался музыкой, собрал большую коллекцию виниловых пластинок.
Был большим поклонником, ценителем и знатоком джаза.
Организовывал собственные джазовые коллективы «Белый понедельник» и «Оркестр синкопированных мотивчиков».
Двое участников «Сейфа» играли в одном из его ранних проектов.
Он же подыгрывал нам на первых концертах и разучил с «Сейфом» пару джазовых пьес
с какими-то невероятными долями типа 7/8 или 5/6.
Мы тогда только начинали играть, и это было хорошей школой.
Мы дружили с Мишей и всегда приносили ему свои новые альбомы на рецензию,
иногда приглашали поучаствовать в записи,
а с 2000 года он вошёл в основной состав группы.
Миша с юмором относился к своей игре: «Я не играю, я издаю шумы».
Так оно, возможно, и было, хотя недавно знакомый профессиональный трубач, разбирая Мишину партию,
искренне удивлялся, как ему, самоучке, удавалось брать такие сложные ноты!
Как и в художественной работе, в музыке всегда поражало Мишино глубокое понимание того, что он делает.
Те, кто видел его на сцене, помнят, какой он был яркий музыкант,
а те, кто знал его лично, — какой он был потрясающий человек.
Неравнодушный, глубокий, с искромётным чувством юмора, невероятно талантливый во всём,
образованный и очень легкий в общении.
Ему было дано так много. И так жаль, что так мало отпущено…»

…Когда началась подготовка к 20-летию группы «Сейф»,
никто не мог предположить, что Михаил Ларионов уже не будет участвовать в юбилейном концерте.
Но концерт состоится 24 ноября в 17 часов в «банке» ИГХТУ, и будет он и для слушателей, и для Михаила, конечно…
На концерте прозвучат и хорошо знакомые, и никем прежде не слышанные песни, написанные к новому альбому.
Будут гости: джаз-оркестр Юрия Стрепетова
(его музыканты взяли на себя партии духовых, которые исполнял Михаил Ларионов),
коллектив Сергея Крюкова «— 30», группа «Корабль снов»,
а также музыканты из «Отравленного сада» и совсем молодой палехской группы «Жерминаль».
«Надеюсь, — говорит Николай Ковалёв, — получится собрать самый первый состав «Сейфа»
и сыграть что-то совсем «древнее», двадцатилетней давности».

Человек мира

Михаил Ларионов занимался не только миниатюрой.
Его вдохновляло китайское, японское прикладное искусство,
он мог творчески воспламениться от какого-то литературного произведения — Гоголя ли, зарубежного ли писателя.
Он обращался и к глубинной литературе, и к сказкам.
Он не был человеком местечковым — он был человеком мира.
Мыслил широко, мечтал о большом выставочном зале для Палеха,
где можно было бы проводить хорошие, большие выставки, которые стоили бы обсуждения.

Он создал семью единомышленников, в которой все любили друг друга и помогали друг другу.
Его жена Наталья Козлова — тоже известный палехский художник,
она много сотрудничала с мужем, дополняла его иными творческими и человеческими гранями.
Дочь Маша — студентка второго курса Ивановского художественного училища,
и только она знает, какими настоящими друзьями они были.
«Он всегда очень вживался в то, что я делала…»
Наташа и Маша, друзья Михаила обязательно продолжат его дело.
Дело человека, которого один из хорошо знавших его людей назвал Данко.
Михаил Ларионов действительно осветил путь людей сиянием своего сердца.
Сердца, которое остановилось внезапно,
но продолжает гореть для живущих.

~~~~~~~~~~~~~~~~

Татьяна Полосина / газета Рабочий край / 14 ноября 2007

~~~~~~~~~~~~~~~~

на главную | другие статьи

_________________________________
музыка | кино | литература | арт

© safeproduction 2004 - 2013