~~~~~~~~~~~~~~~~

«ЧАС ТАИНСТВА» ИЗВЛЕЧЁННЫЙ ИЗ «СЕЙФА»


Час

Они говорят, что работали почти исключительно студийно, все 18 лет группа записывала альбомы, каждый год — альбом...
Задуматься о том, что раскруткой, то есть рекламно-имиджевым пеленанием известностью,
особенно активно укутывают не самых-самых...
Талантливые вызревают — из своего времени, молчания, спокойного «делания дела»,
из потаённого уголка. И вспучивают... нас.
Это просто кажется, что мы их открываем - на самом деле: они открываются нам в свой собственный час.

«Сейф»

Внезапно по собственному желанию, без кода и ключа открылся утилитарный бронебойный параллелепипед
с безумно сложным потаённым сторожем-замком сберегаемых внутри ценностей.
И в назначенный «Час таинства» таинство стало видимым, да и слышимым.
На парадоксе двух этих понятий завязался субботний вечер 2 апреля в Фонде культуры.
И оформился в событие культуры. А вообще — в открытие, чрезвычайно доброе и радостное.
«Сейф» - любопытнейшая группа палехских музыкантов-художников.
«Час таинства» - концертная программа, одноименная их свежезаписанному альбому.

Хозяин времени

И всё-таки радостью пережитого открытия надо делиться -
извини меня, пожалуйста, музыкально-журналистский (и наоборот) корифей Андрей Удалов...
Оказалось: ты, Андрей, знаешь их.
Как говорят музыканты, «играли вместе» в начале 90х в концертах Ассоциации ивановских музыкантов.

И вот когда ты в эту же субботу судействовал в «Рок-улыбке»
и не без твоего признания группа из Палеха «Корабль снов» вышла в финал,
глава этой группы Павел Бахарев вечером снова играл — теперь в составе «Сейфа» в качестве барабанщика,
чуть иная ипостась. Всё не случайно.
Поэтичный музыкальный художник Николай Ковалёв, возможно, сказал бы, что так повелел Хозяин времени
(по крайней мере, одна песня у него так называется — «Хозяин времени»).

Город мастеров

Только после концерта узналось: это известная наша Татьяна Щербакова,
художественно-экспозиционно видящая талант, умолила их выйти из студийных рамок и дать концерт в Иванове —
однажды увидела-услышала, как художники... рисуют музыку, «для души»,
была очередная домашняя вечерняя репетиция в доме-мастерской художников Михаила и Натальи Ларионовых.

Надежда Свиязова, глава фонда, по праву хозяйки первая на этом вечере сказала, как она изумлена и рада открытию «Сейфа».
Палехское, не прославленно-художественное — музыкальное явление... художников. Не «вдруг», не «глубинка».
Вырвавшееся из абриса «провинциальной культуры» (в снобистском значении) — событие.
Вскользь мелькнуло о Палехе — центр творческой мысли, намоленная иконописцами земля…

«Унесло»

Концерт начался,
один из нечастых — публичность не так занимала их, как творчество.
Потом привыкаешь к такой неординарности названий композиций:
«Первый глоток яда», «Злой, плохой...», «У дверей зари», «Ненадежный», «Утопший и Водяница».
В их случае это никак не претенциозность — их лексический строй.
И постепенно «уносит» — от критического взгляда на соответствие имени группе —
в музыку, которая уютно-вкусно, самобытно, свежо и уводяще-весело, иронично оплела
этот рябиново-гибкий ствол глубоко-философского, драматического, иногда трагического стержня поэзии.
Полностью осознать-прочитать каждую линию в отдельности — поэзия-музыка — утопия.

Симметрично и, видимо просто выстроено всё.
Даже положение музыкантов относительно центра их сейфовского мироздания — Николая Ковалёва,
солиста и автора идеи, поэзии и музыки, и его собрата-соавтора-друга, бас-гитариста Сергея Караваева.
Серьезность — сила клавишных и вокала Татьяны Свириденко «параллельна» значимости ударных Павла Бахарева.
И «полюсы» расположения музыкального юмора симметричны. Виртуозный исполнитель партий на настоящих инструментах
и отобранных у природы и изъятых из бытия своеголосозвучащих приспособлений к ним в виде трубы-лейки и т. п.,
битловский, похожий на Харрисона, только улыбчивый, художник Михаил Ларионов — правый «фланг» шестерки.
Левый — показательно оппозиционно-оптимистично-заразительная к глубокомысленным темам композиции,
увлекаемая ритмом своих «трещоток» — «погремушек» его дочь, Маша Ларионова.

Симметрия музыкальной эклектики, симметрия парадоксального соединения слова и звука,
симметрия стилистик и даже жанров, симметрия мелодических побочных «слоёв» темы друг другу.
И «новое сейфо-открывательное кантри» — тоже в симметрии парадокса.

Искренность, свежесть-открытость, забытая нами энергия приязни —
насквозь просветились, открылись «слушательские шлюзы».
Таяли они на масленичной теме композиции «Умирать-таять» (дважды исполнено).
Вычитывали нежнейшую нежность из самобичевательных строк лирического героя: «Я злой, плохой...».
Изумлялись новому взгляду на тему «Преступления и наказания» по самому Фёдору Михайловичу -
а песня написана к собственному художественному фильму,
где герои классика говорят стихами и живут в маленьком городке, подобном Палеху
(они уже снимают свой третий любительский-профессиональный!).
Разгадывали. Не разгадали, конечно. Приблизились. Взяли эту радость...

«У меня под сердцем ночь-младенец...»

Молоды — прекрасный возраст: от самых творческих 30...

Однажды ТВ Сан-Франциско снимали фильм о жизни палехских художников — и вышли на звук:
музыка из соседнего дома — наши репетирующие художники «Сейфа». Родился сюжет и о них.
Впрочем, они сами снимают видеоклипы — участвовали в фестивале любительских клипов на центральном ТВ.

Ещё удивительнее узнать, как все просто — конечно, только видимо просто — происходит.
Стержень каждой новой композиции — стихи Николая, его музыкальная задумка темы.
Дальнейшее поэтическо-композиторское сотворчество над нею — с другом детства Сергеем, 18 лет они вместе.
А огранка камушка — когда музыканты вместе у кого-нибудь дома на репетиции.

Конечно же, «Сейф» изменился — кто-то приходил, уходил: время, жизнь, судьбы.
Среди художников-миниатюристов — Николай, Михаил
(его жена Наташа и он, можно сказать, авангардно мыслящие палешане...) —
врач Сергей (сейчас он в Иванове, анестезиолог 4-й клиники).
Удивительно, у Михаила тоже были свои коллективы — «Белый понедельник» и «Оркестр синкопированных мотивчиков».
Танечка Свириденко, Татьяна Сергеевна, — преподаватель музыкальной школы. Именно у нее училась Машенька Ларионова,
которая, закончив музыкальную школу, намеревается поступать в родимое ПХУ, конечно же, как мама-папа...
Лучистый юмор Ларионовых — новая, приветствуемая интонация «Сейфа».
Михаил кулибинствует над своими музизобретениями —
по стенам развешаны всяческие пилы, воронки и лейки для извлечения звука...

Николай — это главный режиссёр каждого нового альбома. Все диски настоящие, качественные.
Мир Николая Ковалёва — это особая тема, неуловим и сложен, притягателен.
Пишет стихи, закладывая некую загадочность строки-«троицы»...
А «Сейф» открыл потаённое содержание одной души, состоящей из всех их родственных душ вместе.

~~~~~~~~~~~~~~~~

Ирина Мирная / газета Рабочий край / 8 апреля 2005

~~~~~~~~~~~~~~~~

на главную | другие статьи

_________________________________
музыка | кино | литература | арт

© safeproduction 2004 - 2013