~~~~~~~~~~~~~~~~

НЕ ИСЧЕРПЫВАЯСЬ ДО ДНА


(Размышления на тему «Оркестра тишины одиноких ветров»)

подробней

…всё было решительно шито на шелку, двойным мелким швом
и по всякому шву Петрович потом проходил собственными зубами, вытесняя ими разные фигуры.
Гоголь «Шинель»


Все-таки здорово, что, делая приятно себе, Ковалёв заботится и об окружающих,
вовлекая их в свои студийно-концертно-киношные проекты.
Так и я время от времени получаю удовольствие, будучи приглашаем.
Однако если взять во внимание этот альбом, то моё участие в его записи довольно формально —
это, безусловно, авторская, собственно Ковалёвско-Караваевская работа.
А потому, вроде, имею право на свою отстранённую «пару ласковых».
Впрочем, альбом действительно достоин самых превосходных эпитетов.

Первое впечатление - очень богатая по музыкальной фактуре работа, не перегруженная деталями.
Стилистически цельно, но при этом определённо ни на кого не похоже.
Сам Ковалёв блаженно улыбается, когда его сравнивают с «Radiohead» или «The Cure»
и подавляет приступ тошноты, когда с «Queen» или «Би 2».
Впрочем, он приоткрывает, где берёт песок и щебёнку для своей «архитектуры» -
в аннотации к пластинке упомянуты звуки из фильмов «Стигмата» и «Тот берег»,
сэмплы из Angelo Badalamenti и CD «Виртуальный музей музыкальных инструментов».
Правда, назвать это творение архитектурой не всегда справедливо — его образы ярки, но их очертания аморфны.
Это чувствуется уже в названии альбома. Хотя он мог бы называться, как одна из песен — «Маршруты сна»:
картины сюжетов подобны сменяющимся снам — то кошмарны, то по детски светлы, то раздумчивы, то эротичны.
Их последовательность не случайна, она выверена как главы романа.

«Тишина одиноких ветров» ощущается уже в графике обложки: не то деревья, не то лепестки,
блёклое полное не то дневное, не то ночное светило погружены в мерцающую, вибрирующую среду.
Этот трепет, лёгкие пульсации воздуха — основной лейтмотив альбома, его музыкальное пространство.
В нём дрожит отзвук падающих капель, перекликаются далёкие и близкие голоса, реальные и нереальные звуки.
Наигрыши арабского уда (один палка — два струна)
переливаются с неземным женским вокалом, а мои боливийские дудки звучат,
как воспоминания о фонографических валиках путешествующего этнографа маркесовских времён
и при этом уживаются с виртуальными пассажами английского рожка.
Вслушиваешься и обнаруживаешь всё новые и новые слои Ковалёвских звуковых лессировок.
Чувствуется его упоение возможностями работы на компьютере.

Трудно сказать, где кончается звукооперирование и начинается аранжировка,
и где кончается Ковалёв и начинается его постоянный соавтор Караваев.
Очень люблю слушать, как тот изящно делает свою часть работы.
Караваевские инструменты никогда не бывают «запильно» — сольными,
он всегда находит средства помогающие выявить рельеф музыки.
Вместе они очень изобретательно подают свои творения.
Гармонии весьма прихотливы, увлекательна драматургия песен.

И вот ещё один незаметный шов — между музыкой и словами. Поэтический текст не выпирает,
его смысл поначалу трудноуловим и в этом, как ни странно, его художественная привлекательность.
Слова музыкальны. Это не подражающий инструментам джазовый скэт, хотя игра звуков замечательна:
«…а выверни-верни ветрам надрыв нутро что драно раной ныть зверем но…».
(Вполне в духе будетлян и любимого Ковалёвым, Хлебникова!).
С другой стороны нет плакатной риторики «русского рока», а потому ни ещё одним Шевчуком, ни Окуджавой не станет больше.
Поэзия растворена в музыке и подчинена ей. Это «вздох по велению слуха».

Удивительно, но, увидев тексты напечатанными, я обнаружил,
что они имеют выверенную стихотворную форму — пятистишия, терцины и т. д.
На слух это не воспринимается, зато неправильные рифмы воспринимаются правильными именно на слух.
А полное отсутствие знаков препинания порождают желанную неуловимость — «казнить нельзя помиловать».
Эко писал: «Поэтическое качество я определяю,
как способность текста порождать различные прочтения, не исчерпываясь до дна».

Итак, думаю, слушателей альбома ждут одновременно удовольствие и труд.
Уверен, дилемма «казнить — помиловать» будет разрешена однозначно,
ведь перед нами великолепный образец добротной, многослойной, умной и вдохновенной работы.

~~~~~~~~~~~~~~~~

М. Ларионов / газета Призыв / 19 февраля 2003

~~~~~~~~~~~~~~~~

на главную | другие статьи

_________________________________
музыка | кино | литература | арт

© safeproduction 2004 - 2013